В России внедрят исламский банкинг: что ждет экономику страны

В Госдуме в первом чтении приняли законопроект о внедрении в России исламского банкинга. С 1 февраля 2023 года в четырех регионах — Дагестане, Чечне, Башкирии и Татарстане — начнется эксперимент по запуску так называемых организаций партнерского финансирования (ОПФ). Под этим названием в официальных документах проходят учреждения, предлагающие услуги в рамках исламского банкинга. Чем он будет отличаться от обычных кредитных организаций и будут ли туда пускать немусульман, «МК» выяснил у экспертов.

В России внедрят исламский банкинг: что ждет экономику страны

Исламским банкингом называют финансовую деятельность, которая соответствует принципам шариата. Во-первых, в рамках этого религиозного права запрещен «ссудный процент». Как же может осуществляться финансовая деятельность, если банк «не дает деньги в рост»? В исламском банкинге используется партнерское финансирование, когда-либо клиент вкладывает средства в бизнес, который покупает банк (таким образом оформляется знакомый всем банковский вклад), а потом при продаже получает часть прибыли. Либо это рассрочка, при которой приобретенное на деньги банка имущество передается клиенту с торговой наценкой (то есть речь идет о кредитке).

Во-вторых, исламский банкинг сосредоточен на поддержке и развитии реального сектора экономики. Любые спекулятивные операции, не связанные с имеющей прямую пользу деятельностью, запрещены.

«Исламский банкинг предполагает необходимость вложений в исключительно реальное производство и отказ от высокорисковых операций, включая спекулятивные, — объясняет декан факультета международных экономических отношений Финансового университета при правительстве РФ Павел Селезнев. — Последнее позволит заметно сократить риски, связанные с банкротством кредитных организаций».

Другими словами, осуществлять сделки с любыми видами ценных бумаг и производными финансовыми инструментами (фьючерсами, опционами и т.д.) в исламском банкинге запрещено. Благодаря этому принципу, 14 лет назад практически весь мир обратил внимание на исламский банкинг.

В разгар ипотечного кризиса в США, повлекшего крах многих предприятий по всему миру и банкротство крупных банков, самым ярким из которых был фининститут с более чем столетней историей Lehman Brothers, исламский подход к оценкам рисков оказался в выигрышном положении.

«Особый интерес к исламским финансам во всем мире появился после кризиса 2008-2009 годов, — говорит доцент Института мировой экономики и бизнеса РУДН Равиль Асмятуллин. — Тогда отрасль показала устойчивость большую, чем у традиционных финансов. Кризисные явления, которые типичны для традиционной финансовой системы, в меньшей степени затрагивают исламский банкинг».

Развитие данной отрасли – это инструмент диверсификации нашей традиционной системы и добавления к ней дополнительный устойчивости, уверен эксперт.

Третья черта исламского банкинга связана с этическими нормами шариата. Так, предприятиям, работающим по этим законам, запрещено финансировать деятельность, порицаемую исламом, например, торговлю оружием, казино, лотерею, производство свинины и алкоголя, а также любой бизнес, связанный с порочными видами деятельности — стриптиз-клубы, ночные бары и т.д.

Кроме того, как указал Асмятуллин, особое внимание уделяется нормам морали и этики, справедливому распределению рисков, прибылей и убытков между участниками – так, чтобы укреплять положение всех сторон (а не только кредиторов, которые в традиционной системе обычно находятся в более выгодном положении).

Принятый Госдумой в первом чтении закон имеет ряд уязвимостей и в нынешнем виде противоречит закону о банках и банковской деятельности. Однако сами банкиры к нему настроены положительно, и считают, что после доработки он поможет существенно снизить расходы по запуску нового сервиса и ускорит его внедрение в стране.

По мнению Селезнева, принятие данного законопроекта, безусловно, будет способствовать развитию в России реального производства и сформирует выгодные условия для привлечения инвестиций. Закон точно не останется на бумаге, поскольку в его реализации заинтересованы, в том числе, влиятельные группы элит регионального и федерального уровня.

На старте доля соответствующих кредитов, вероятнее всего, составит около 3– 5% от общего числа займов. Но уже в среднесрочной перспективе этот показатель может увеличиться, как минимум, до 10%, уверен эксперт.

«Фактически создание нормативной базы осуществления исламского банкинга необходимо для включения в правовое поле уже имеющихся инвестиционных инструментов, предлагаемых БКС, УК «Первая» и «Ак барс капитал», — продолжает разговор доцент кафедры государственных и муниципальных финансов РЭУ им. Г.В.Плеханова Мери Валишвили. — Однако в случае принятия законопроекта потребуется существенная доработка действующих нормативных актов. Например, ни в Гражданском кодексе РФ, ни в федеральном законе о банках не содержится определения «ссудный процент», который фигурирует в исламском банкинге в качестве запрета».

Кроме того, в нынешнем законе также отсутствует понимание того, что такое «договоров партнерского финансирования и инвестирования» и какие конкретно сделки будут допустимы.

Но дорабатывать нормативный акт стоит, ведь воспользоваться партнёрским банкингом готовы мусульмане России, то есть порядка 7-8 млн граждан нашей страны.

«Кроме того, это не обязательно могут быть приверженцы магометанства, здесь нет ограничений в вероисповедании, — говорит, главный аналитик TeleTrade Марк Гойхман. — Например, в Малайзии, на очень развитом в данном плане рынке, более 50% клиентов исламских банков — не мусульмане».

В целом идея нужная. Во всех странах, где внедрялся исламский банкинг, была цель мобилизовать средства населения для того, чтобы дальше уже они инвестировали в экономику. И если новации позволят привлечь средства тех, кто по религиозным убеждениям не может пользоваться привычными банковскими услугами (брать кредиты, например), это стоит только приветствовать. Любое расширение сферы данных услуг, появление альтернатив – польза для рынка.

Кроме того, идея проекта гораздо шире. Это одна из составляющих более широкой концепции «поворота на Восток». Она может в перспективе нескольких лет, при стабилизации геополитической ситуации, облегчить привлечение и вложение инвестиций, торговые операции со странами Ближнего Востока, Персидского залива, Центральной и Юго-Восточной Азии. Создаваемые в России соответствующие структуры могут активно работать с контрагентами за рубежом на привычных для них принципах, подчеркнул эксперт.

Опубликовано:24 Декабрь

Похожие записи